марксизм

Ленин как архетип русского радикализма

Категория: 


21 января годовщина смерти Владимира Ленина. Его фигура во многом противоречива. Оценочные суждения относительно него полярны. Ленин, бесспорно, был материалистом-атеистом, но он не был марксистом. Маркс - это левый либерал, а Ленин - носитель русского бунта, нигилизма, народничества, вынужденный взять за основу парадигму марксизма для того, чтобы придать своим идеям глобально-всемирное звучание.

 

В тупике либерализма

Категория: 

Строить коммунизм или встать под знамена ислама: у человечества нет иного выхода в борьбе за свои права?

Два полюса политического нонконформизма

Категория: 

Существовало два полюса политического нонконформизма. Один из них базировался на КПСС с международным отделом ЦК, которая была в постоянном сговоре и диалоге с капиталистическими странами и империалистической верхушкой. Другой был представлен маргинальными мыслителями, говорящими о религиозной революции (в том числе Али Шариати и Саидом Кутбом), «теологией освобождения» (т. е. католическими священниками, ставшими в основном на сторону партизан, от которых Ватикан поначалу полностью отрёкся) и протестантским «дискурсом совести».

Системный кризис капитализма и «революционные марксисты»

19 июня 2014
Категория: 
capital

В мире, где властвуют силы зла, новый человек будет рождён революцией и беспощадной борьбой. В настоящей революции либо побеждают, либо погибают. // Эрнесто Че Гевара

Не так давно в Испании появилось новое политическое движение — «Народное классовое единство». Движение вырастает из красной сети, нечто вроде thinktank, неформально объединившем революционных марксистов, независимо от их принадлежности ко всем другим действующим организациям и партиям. Это не левацкие сектанты, а люди с опытом конкретной политической и экономической борьбы против господствующей системы.

Два полюса политического нонконформизма

Категория: 
dazdravstlenin

Существовало два полюса политического нонконформизма. Один из них базировался на КПСС с международным отделом ЦК, которая была в постоянном сговоре и диалоге с капиталистическими странами и империалистической верхушкой. Другой был представлен маргинальными мыслителями, говорящими о религиозной революции (в том числе Али Шариати и Саидом Кутбом), «теологией освобождения» (т. е. католическими священниками, ставшими в основном на сторону партизан, от которых Ватикан поначалу полностью отрёкся) и протестантским «дискурсом совести». Вдруг происходит обрушение Советского Союза и марксистского дискурса. И революционная тематика с религиозной мотивацией, бывшая периферийной, приобрела статус единственной, т. к. легальный благообразный марксизм, Фишер, «зелёные», правозащита и пацифизм — всё это уже полумафиозные полумасонские клубные дела, которые никого уже не интересуют и которых никто не боится.