СССР, который не выстоял. К годовщине "путча ГКЧП"

Категория: 
Баррикады на улицах Москвы во время ГКЧП

19-21 августа 1991 года – ключевая дата в череде событий, приведших в итоге к распаду СССР. Эти три дня изменили мир и врезались в память современников даже больше, нежели подписание Беловежских соглашений. После «подавления путча ГКЧП» эйфория смешалась с чувством полной катастрофы, эмоции затмили собой истинную подоплеку событий и сегодня редко вспоминается причина подобных действий со стороны части общесоюзной элиты. 

Напомним, что события разворачивались на фоне активных процессов децентрализации власти, переформатирования Советского Союза и бурного обсуждения вариантов изменения государственного устройства страны. Большинство из руководителей союзных республик желало сохранить Союз. Данную позицию они ясно продемонстрировали во время переговоров о новом союзном договоре, начатых Горбачевым с лидерами девяти советских республик — России, Украины, Белоруссии, Азербайджана, Казахстана, Узбекистана, Таджикистана, Киргизии и Туркмении — в апреле 1991 г. Результатом переговоров стало активное выстраивание новых отношений между союзным центром и союзными республиками, которое вылились в так называемый «Новоогаревский процесс». Мнение народа, отраженное в итогах референдума о сохранении единого союзного государства становилось важной правовой и моральной основой для этого. Под договором, официальное подписание которого было намечено на 20 августа 1991 г., поставили свои подписи все девять республиканских лидеров, в том числе те трое, которые всего несколько месяцев спустя отменили Союз, — Борис Ельцин, Леонид Кравчук и Станислав Шушкевич. 

В условиях всеобщей демократизации, деидеологизации власти и денационализации собственности, перехода к модели «невидимой руки рынка» на месте прежнего Союза советских социалистических республик, вырастали очертания Союза Советских (!) суверенных государств.

Горбачев был вынужден уступить республикам больше власти, чем хотелось бы, но общесоюзное государство, выборный президент и парламент, а также вооруженные силы и экономика в договоре сохранились. Переговоры были успешными, они проходили в рамках советской системы, имели легитимный статус и полномочия, делегированные им народным выбором на референдуме в марте, и велись признанным многонациональным руководством большей части страны. За церемонией подписания договора от 20 августа должны были последовать новая Конституция и выборы, было даже решено, кто, где и как должен сидеть на церемонии. Был подготовлен текст официальных правительственных сообщений и новые бланки нового государства. Не сохранялись общесоюзное МВД, КГБ, часть будущих гэкэчэпистов лишалась своей власти и поэтому было решено пойти ва-банк именно в преддверии создания СССГ вместо СССР. 

Горбачев досиживал последние дни отпуска в Форосе, пытаясь усидеть на двух стульях, он занял, казалось бы, самую выгодную для себя позицию выжидания. И путч начался именно 19 августа – потом было бы слишком поздно. В итоге, Государственный комитет по чрезвычайному положению не только не смог добиться заявленных целей, но, напротив, ускорил распад союзного государства. Консервативную элиту слили, 20 миллионная партийная армия сдалась без боя. Но и спасенный от «заговорщиков» Новоогаревский проект, казалось бы, застопорился. 

Не соглашусь  с распространенным аргументом, будто бы провал «новоогарёвской» попытки спасти Союз доказал его нереформируемость. Провалившийся и имевший губительные последствия для всего советского пространства, августовский путч не погасил ни политического импульса, направленного на сохранение Союза, ни ожиданий ведущих советских реформаторов в отношении того, что он может быть сохранен. В октябре было подписано соглашение о новом экономическом союзе, а в ноябре 1991 г. любимец народных масс Ельцин заверял, что «Союз будет жить!». 

Оставалось еще семь республик, включая Россию, — большинство, кроме Прибалтики, продолжали переговоры с президентом Горбачевым, и 25 ноября была почти достигнута договоренность о новом союзном договоре. Он был еще более конфедеративным, нежели предыдущий документ, но все еще предусматривал общее союзное государство, институт президентства, советскую парламентскую систему, экономику и армию. Однако был импульс, но не было воли! Две недели спустя рождавшееся в тяжелых муках новое государственное образование пало жертвой переворота, осуществленного на сей раз меньшим числом заговорщиков. Но прошел он куда более кулуарно, и в то же время решительно и успешно. 

Айрат Файзрахманов

Понравился материал - поддержите нас