Северокорейские декабристы: как покушались на лидеров КНДР

Категория: 
Ким Чен Ын

Когда мы читаем о жизни людей в условиях жесткой диктатуры, мы подсознательно ждем, что в такой стране будет существовать какое-то сопротивление режиму. Подполье, заговоры, диссиденты – все это кажется естественной частью картины несвободного общества. Увы, на самом деле ситуация обычно обстоит наоборот: чем более жесток правящий режим, тем меньше внутреннего сопротивления он встречает. Люди либо просто не догадываются, что их жизнь могла бы быть устроена иначе, либо слишком запуганы. Спросите себя: выступили ли бы вы против режима, если бы это почти гарантированно означало пытки и казнь, причем не только вас, но и ваших родных и близких?

Такая судьба почти неизбежно ждала любых диссидентов в КНДР при Ким Ир Сене – и тем удивительнее, что в этой стране нашлись люди, готовые рискнуть всем ради лучшего будущего для северокорейцев.

Прежде чем я начну рассказ, хотелось бы сделать небольшое отступление и рассказать, на какие источники я опирался при написании этой статьи. Первая история описана бывшим старшим сержантом Корейской народной армии Пак Сон Гилем в сборнике «Неудобная правда о северокорейской армии», вышедшей в Сеуле в 2013 году. О ней проговорился и Кан Мён До, дальний родственник Ким Ир Сена и зять северокорейского премьера Кан Сон Сана, бежавший из КНДР в 1994 году. Наконец, не так давно мне удалось получить подтверждение этой истории изнутри самой Северной Кореи.

Вторая же история куда более известна, и по-корейски о ней писали не раз. Довольно любопытно, что в русскоязычных, равно как и западных СМИ она практически не освещалась.

История первая

Двадцать пятого апреля 1992 года в столице КНДР Пхеньяне состоялся военный парад, который многие наблюдатели сочли своего рода апофеозом северокорейского режима. Прошло всего две недели с тех пор, как Ким Ир Сен стал Генералиссимусом, и меньше недели с тех пор, как Ким Чен Ир получил свое первое воинское звание – Маршал КНДР.

Парад был официально приурочен к шестидесятой годовщине создания Корейской народной армии. Само это утверждение уже было ложью: КНА была создана 8 февраля 1948 года. Новая дата создания армии была утверждена в конце 1970-х годов, когда КНДР стала отсчитывать историю КНА с Корейской народно-революционной армии, которую якобы создал Ким Ир Сен 25 апреля 1932 года для борьбы с Японией. Конечно, это была чистой воды фабрикация – никакой Корейской народно-революционной армии не существовало в природе, и ни в одном историческом источнике нет упоминаний об организации, носящей такое название.


25 апреля 1992 г. Парад посвященный шестидесятилетию создания Корейской народной армии.

Вернемся к параду. Модель его проведения была практически полностью скопирована с аналогичных мероприятий в СССР. В начале церемонии машины командующего парадом вице-маршала Ким Кван Чжина и принимающего парад маршала О Чину встретились в центре площади Ким Ир Сена. После того как Ким Кван Чжин зачитал обращение о готовности войск к началу парада, началось прохождение войск. Оркестры играли гимн и военные марши. Представители пехоты, флота, авиации проходили перед трибуной, где стояли командиры, зарубежные гости и, конечно, два самых главных участника мероприятия – президент КНДР, Великий Вождь Ким Ир Сен и его сын, верховный главнокомандующий КНА, Любимый Руководитель Ким Чен Ир. Вслед за марширующими солдатами ехали автомобили, бронетранспортеры и танки. И Ким Ир Сен, и Ким Чен Ир тогда не знали, что они находились буквально на волосок от смерти.

Перенесемся теперь на несколько лет совсем в другое место. Конец 1980-х годов, Москва. Перестройка и реформы набирают обороты, но СССР все еще существует, и студенты из соцстран учатся в Москве. Есть среди них и северокорейцы. Советский Союз для КНДР всегда был олицетворением запретной свободы и благосостояния, и можно только представить, какое ощущение на молодых северян производила перестроечная Москва.

Одной из таких групп северокорейцев были студенты, учившиеся в Военной академии имени Фрунзе. Понятно, что этим молодым людям, видевшим, как на их глазах либерализуется Советский Союз, хотелось, чтобы какие-то реформы были проведены и у них на родине, и в то же время они понимали, что пока страной правит семья Ким, никаких изменений в Северной Корее не будет. Но кто может повлиять на ситуацию, как не они, военные, люди, у которых есть оружие? Кому-то из студентов пришла в голову дерзкая мысль – атаковать Кимов там, где они будут совсем рядом со множеством вооруженных людей и бронетехникой и не будут ждать подвоха, – на военном параде. План был такой: заложить боевой снаряд в один из танков и выстрелить, когда танки будут проезжать мимо трибуны с вождями. Один выстрел – и все. Нет больше ни Ким Ир Сена, ни Ким Чен Ира, конец их диктатуре.

Но как часто бывает в таких ситуациях, одна случайность разрушила весь план заговорщиков. Руководитель одного из департаментов Министерства народных вооруженных сил решил, что на парад надо отправить танки не из частей, подчиненных столичному военному округу, а из частей, подчиненных непосредственно министерству. Этот человек ничего не знал о заговоре, но заговорщики планировали использовать именно танки столичного округа, и поэтому этот чиновник, сам того не зная, оказался спасителем режима Кимов.

Парад прошел так, как и планировалось, и только спустя некоторое время после его окончания северокорейские власти узнали о заговоре. Ходили слухи, что им сообщил о нем бывший офицер КГБ, но я бы не стал верить этим слухам: с чего бы заговорщикам посвящать в свои планы посторонних вообще и иностранцев тем более? Как бы то ни было, Ким Ир Сен и Ким Чен Ир были шокированы произошедшим и, конечно, приказали заговорщиков найти. Многие, если не все участники заговора были пойманы, подвергнуты пыткам и казнены. Поскольку все это происходило при жизни Ким Ир Сена, их судьбу, несомненно, разделили и члены их семей.

Заговорщики были кадровыми военными, и их казнь плохо сказалась на состоянии северокорейской армии, в частности недостаток квалифицированных пилотов ощущался в ВВС КНДР в течение нескольких лет.

История вторая

Прошло четыре года с момента неудачной попытки переворота в Северной Корее и два года с тех пор, как умер Ким Ир Сен. На дворе стоял 1996 год, и Северная Корея переживала экономическую катастрофу. В стране начался голод, вызванный нехваткой иностранной помощи, на которую привыкла полагаться КНДР, неэффективной плановой экономикой, колхозным строем и катастрофическими наводнениями. Десятки тысяч северокорейцев были уже мертвы, и провинция, конечно, страдала больше столицы. Поэтому неудивительно, что новый заговор против Кима родился на периферии.

Заговорщиками стали командиры Шестого корпуса Корейской народной армии, дислоцированного в городе Чхончжин. Здесь следует сделать небольшое отступление о должностной структуре северокорейской армии. Во многом она была скопирована с советской. В каждом среднем и крупном формировании есть командир, представитель партии – политрук или комиссар и представитель Министерства охраны безопасности государства, то есть госбезопасности (термин «особист» в КНДР не используется). Заговорщиками были как раз те, кому по должности было положено следить за идеологической дисциплиной, – комиссар Шестого корпуса и представитель госбезопасности. План был такой: сначала попытаться склонить на свою сторону командира корпуса, а потом поднять восстание. Сразу после первого успеха заговорщики планировали обратиться к Национальной армии Южной Кореи с просьбой о помощи, рассчитывая, скорее всего справедливо, что южане проигнорировать ее не смогут. Против объединенных сил Юга и Шестого корпуса, рассуждали заговорщики, у Ким Чен Ира не будет никаких шансов – и его режим будет уничтожен, страна – объединена, а соотечественники – спасены от голода и тирании.

Увы, план сразу пошел наперекосяк. Генерал командир корпуса наотрез отказался принимать участие в восстании, после чего был убит – революция редко обходится без кровопролития. После этого инцидента Ким Чен Ир заподозрил, что в Чхончжине происходит что-то неладное, и отправил своего представителя, вице-маршала Ким Ён Чхуна, разбираться с ситуацией.

Ким Ён Чхун действовал решительно, умно и нестандартно. Немедленно после прибытия он приказал взять под арест всех, кто мог потенциально быть замешан в чем-то подозрительном. У заговорщиков просто не было времени среагировать, и вскоре их постигла та же судьба, что и выпускников академии имени Фрунзе. Ким Чен Ир приказал расформировать Шестой корпус, и множество солдат и офицеров со всей страны – среди них, кстати, был отец одной моей подруги-северянки – были переброшены в Чхончжин на случай волнений.

И даже сейчас, спустя 19 лет, в Северной Корее по-прежнему нет корпуса с номером шесть.

Сопротивление бесполезно

Последний абзац историй о том, как смелые люди сопротивлялись диктатуре и потерпели поражение, часто начинается с одной и той же фразы: «Но жертва их не была напрасна» – в том смысле, что либо подвиг героев Сопротивления вдохновил других, либо же режим был вынужден пойти на уступки. Увы, в данном случае у нас нет и этого утешения. Подвиг этих смелых людей, рискнувших всем ради лучшей жизни для миллионов, не принес никаких результатов. Режим Кимов раздавил обе попытки восстания и победил с сухим счетом.

Федор ТЕРТИЦКИЙ

Слон, 26.05.2015

Понравился материал - поддержите нас