Курдская головная боль Турции

Начало военной операции Турции против курдских террористов и ИГ  имеет шансы стать переломными моментом в развитии конфликта последних нескольких лет вокруг Сирии и Ирака.

Многочисленные комментаторы в этой связи отмечают декларативный характер объявленной Турцией войны против ИГ при практической сосредоточенности на боевых операциях против великокурдских националистов, в чем Анкара и ИГ фактически выступают как союзники. Учитывая то, что негласная поддержка турецкими спецслужбами ИГ объяснялась противодействием последних курдским террористам, смена риторики может объясняться тем, что в последние два месяца ИГ, не выдерживающая американских бомбардировок, уже не может играть эту роль. В такой ситуации единственное, что остается Турции - самой останавливать курдскую экспансию, однако, так как в глазах международного сообщества курды выступают как противовес ИГ, Анкаре приходится изображать войну одновременно против ИГ и курдских террористов. 

Сразу после начала операции ряд высокопоставленных турецких функционеров, включая премьер-министра Давутоглу и министра иностранных дел Чавушоглу, заявил, что ее стратегической целью является создание зоны безопасности на прилегающей к границам Турции территории Сирии (см. фото). Эта зона, идея которой в Турции обсуждается уже давно, призвана решить несколько ключевых задач. Во-первых, рассечь курдские анклавы и не дать им слиться в Большой Курдистан, нависающий над Турцией и угрожающий стать новым Троянским конем в геополитической сердцевине Уммы. Во-вторых, обеспечить безопасность и интересы достаточно многочисленного туркманского населения, которые сейчас игнорируются всеми участниками конфликта. В-третьих, создать защищенную зону, в которую смогут возвращаться сирийские беженцы из Турции, где они стали серьезной проблемой.

На фоне этих заявления "вдруг" стала происходить консолидация туркманов Сирии. На протурецких ресурсах появились информация и фото о начале создания Туркоманской армии Сирии численностью в 5000 человек, которая будет обеспечиваться тяжелым вооружением Турцией и координироваться турецкой разведкой MIT. Некоторые русскоязычные комментаторы из Турции в этой связи шутят: "Как на Донбассе нет русской армии, так и в Сирии не будет турецкой".

В этой связи показательно, как на перспективу турецкого вмешательства реагируют сами участники сирийского конфликта. "Исламский фронт" Захрана Алоуша, одной из ключевых группировок сирийской суннитской оппозиции, открыто поддержал операцию Турции, тогда как "Джабхат ан-Нусра" - филиал "Аль-Кайеды" в Сирии, выступающий союзником Алоуша на ряде направлений боевых действий, заявила, что нельзя поддерживать тех, кто правит по выдуманным законам (имеется в виду Турция) против заблуждающихся мусульман (имеется в виду ИГ).  

Обращает на себя внимание поддержка операции Турции со стороны Катара, который многие изначально считали одним из ключевых игроков в Сирии, стоящим за рядом группировок ихвановской и салафитской направленности. США, которые в последние месяцы эффективно решали свою задачи с помощью угрожающих Турции курдских формирований, пытаются лавировать, делая акцент на необходимости совместной борьбы против ИГ, при этом на словах признавая право Турции на самозащиту от курдских террористов. В стиле искушенной персидской дипломатии высказались представители Ирана, которые предложили Турции бороться с терроризмом вместе, таким образом, давая понять, что Тегеран внимательно следит за тем, чтобы Турция не перешла в Сирии и Ираке черту, угрожающую стратегическим интересам Ирана, сообщает портал "Голос Ислама".

Парламентские выборы и стратегический выбор

При этом в последнее время силы КСИР Ирана и отряды ливанской группировки "Хезболла" совместно с армией Башара Асада при активном содействии ВВС США и союзников начали полномасштабное наступление на сирийском направлении. Собственно говоря, иранская сторона особо и не скрывает своего военного сотрудничества с Вашингтоном. На другом направлении объединенные курдские силы держат линию обороны против отрядов ИГ.

Под прикрытием борьбы с силами Исламского государства Анкара решает свои внутриполитические и геополитические задачи. Во-первых, последние парламентские выборы, на основе которых Эрдоган рассчитывал укрепить президентский статус, ослабили позиции правящей "Ак парти" (258 депутатов из 550 в парламенте). Более того, существенного успеха добилась прокурдская Народно-демократическая партия, набравшая 80 мандатов. Главная оппозиционная сила Народно-республиканская партия имеет представительство в парламента в количестве 132 депутатов, а Партия националистического движения – 80. 

Стоит сказать, что Турция парламентская республика (пока), поэтому для создания правительства необходимо сформировать парламентскую коалицию как минимум из 276 депутатов. У правящей партии не хватает для этого 18 мандатов. Переговоры ни с одной из фракций результатов не дали. Слишком глубоки противоречия. По истечению срока, который отводится конституцией страны на формирование правительства, назначаются досрочные парламентские выборы. 

Так что дан старт новой фазе избирательной кампании в Турции. Эрдогану не остаётся ничего другого, кроме как принять самые решительные меры, которые могут переформатировать статус-кво на внутриполитической арене. Маленькая победоносная (маленькая ли, быстрая ли?) война должна  сплотить ряды граждан вокруг правящей элиты и лично президента Эрдогана, который выступает основным двигателем этой кампании. Теракты, которые произошли за две недели на территории Турции, всполошили турецкое общество. Атмосфера страха и беспокойства постепенно становятся доминирующими импульсами в обществе. Как известно, общественная безопасность - это главное требование граждан к своему государству. В этом смысле, общество готово пожертвовать многими своими гражданскими правами ради безопасности, спокойствия и мира. Наверняка, разрыв отношений с курдами и начало военной кампании против их экстремистских групп, действующих в Сирии, Ираке и самой Турции, принесет Тайипу  Эрдогану и его партии дополнительные голоса на выборах. 

Многие турки, причисляющие себя к либерально-интеллигентской прослойке, голосовали на минувших выборах за Народно-демократическую партию, то есть за курдов. И это не симпатия к нелюбимым турками курдам. Это своего рода фига в кармане Эрдогану и Ак парти. Это как у нас многие пролиберально настроенные россияне голосуют за КПРФ, главное, рассуждают они,  чтобы  не за "Единую Россию" и её сателлитов типа ЛДПР и "Справедливой России".  Как бы ненавистны были коммунисты либералам, именно они формально были до недавнего времени главной легальной оппозицией режиму. А враг моего врага - мой друг.

Здесь важно отметить, что успех прокурдских сил это не только результат голосования "против Эрдогана", это всё же следствие. Причина кроется в том, что Тайип Эрдоган наивно хотел интегрировать курдов в турецкое общество. Он расширил их культурные и политические права, дал возможность деятельно (легально) присутствовать в жизни турецкого общества. В обмен курды согласились отказаться от многолетней конфронтации с турецким правительством, которая истощала оба лагеря. Казалось бы, компромисс был найден. Эрдоган ликовал, курды тоже. Но идиллия закончилась. Курды, сенсационно успешно выступившие на выборах, отказались формировать коалиционное правительство вместе с Ак парти, вернее, выдвинули заведомо неприемлемые условия, при которых они соглашались бы дополнить коалицию недостающими мандатами. 

Эрдоган не учёл, что у курдов другие хозяева и другие цели. Поняв это, он отмёл прошлую стратегию "примирения", и начал новую - жёсткую. Тем более, что курды открыто заявляют о своем желании создать Большой Курдистан, который захватывает территории Турции, Ирака, Сирии и Ирана и призывают к активному восстанию против Анкары. США и "Израиль" выступают в качестве тех, кто двигает этот проект. Теперь курды становятся главной силой и орудием прозападной политики в регионе. 

 

Понравился материал - поддержите нас