Поэтический меч Джемаля

Гейдар Джемаль

В издательстве «Питер» вышла книга «Разговоры с Джемалем», основанная на цикле одноимённых передач на радио «Медиаметрикс». В настоящий момент к изданию готовится ещё ряд книг Джемаля. В том числе и сборник его  дополненных стихов.

Поэтический сборник должен был увидеть свет ещё год назад, когда Гейдар Джемаль, уже тяжело больной, внёс последние правки и постановил его в печать. Однако его смерть отсрочила это событие, внеся свои неоспоримые коррективы.

Вообще, смерть, как то, что кажется нашему, не до конца раскрытому сознанию, понятным и очевидным в описательной системе Джемаля предстаёт тайной тайн. Как гласит одна эзотерическая мудрость: «Чёрное надо познавать ещё более чёрным, а неизвестное ещё более неизвестным». Здесь Джемаль вскрывает сердцевину этой тайны и из её центра алой кровью сочится ответ, который обескураживает и шокирует любого обывателя, привыкшего воспринимать жизнь как абсолютное, нескончаемое благо. Этот ответ он постулирует так: «Смерть — это знак Бога».

И словно сам заглядывает за завесу тайного и неизведанного, где ведёт такой диалог:

Здравствуй, серый, тихий, неподвижный,
Замерший навеки у черты
Отрекаюсь, словно Петр, трижды
От того, что мной являлся ты
Ты — мой труп
За этой тусклой маской
Утверждался центр бытия
Не поверят…
Словно в страшной сказке
Мы вдвоем средь ночи — ты и я
Только ты!
Я снова стал тобою
Разомлев на мраморном столе
Как корабль, снаряженный судьбою,
Ты готов к пути в кромешной мгле
Ты — мой труп, недвижная галера
Точкой уходящая в нежизнь
И с тобой в цепях железных Вера
И Любовь до траурной межи.

(1999 г.)

Именно в его стихах пронзительным образом высвечиваются фундаментальные понятия, которые пазлом собирают экзистенциальный ответ нашего здесь пребывания. Жизнь выступает не как благо. Зло не как негатив. А небо часто позирует в роли ложной иерархии, уводящей человека в темницы бессмыслия и увядания. У человека есть миссия, а любовь и жертвенность это две стороны одной медали.

 
«Окно в ночь», сборник стихов Гейдара Джемаля, вышедший в 2004 году в издательстве «Ультракультура»

Часто так и говорят: «метафизика Джемаля». Это, конечно, с приставкой «мета», то есть преодоление. Джемаль невыразимым образом ставит «неуд», перечёркивает и преодолевает двух с половиной тысячелетнюю историю ложной мысли, когда-то начатой Платоном, а закончившейся разноликой мозаикой постмодернизма. Его методология мысли, его «логика монотеизма», опирающаяся на пафос Откровения — это меч Зульфикара, который рассекает взмахом руки пространство лжи.

Гейдар Джемаль как-то сказал: «Своё поэтическое творчество я рассматриваю как эмоциональный контрапункт по отношению к главной интеллектуальной деятельности — теологическому умозрению». И в этом есть свой символизм, который мы выразили мечом пророка Ислама Зульфикаром, который имел раздвоенное лезвие. Поэзия и строгая, по-гегельянски выверенная методология мысли — это двойной удар, знаменующий скорую победу Духа в извечном противостоянии с косностью ветхого бытия.

Поэзия всегда острее, выразительнее, чувственнее и — крамольно будет сказано — понятнее ветвистой, словно многовековое древо, строгой философской мысли. Так уж устроен наследник Адама, что сердцем он воспринимает яснее, чем сознанием. Но это не слабость. Иной видит и слышит сердцем, он — чувственная натура. И поэзия резонирующе говорит с ним языком чувств, эмоций, страсти. Иной, словно строгий профессор философии, воспринимает метафизический трактат, переживает его как творческая натура переживает поэзию.

В поэзии зачастую нет рациональной логики, а если бы такая и была, то это уже была бы не поэзия, а расчерченный позитивистским мышлением набор статичных, холодных и неуклюжих в своей попытке выйти «за пределы ирреального» слов. Даже не слов, а так, сочетаний слепых букв. Впрочем, оставим исследование бездонного и тёмного космоса поэзии людям, которые с легкостью весеннего бриза бороздят эти просторы, даже не надев соответствующего скафандра. А нам хотя бы мечтами, снами выйти, нет! — взлететь на околоземную орбиту и окинуть взглядом то, что не видно по горизонтали с земли.

Как написал Шарль Бодлер, прозванный «проклятый поэт Франции» и которого ценил Джемаль:

«В своей округлости весь мир мне виден ясно,
Но я не в нём ищу приют последний свой!»

Поэтическое содержание идей Джемаля — это, конечно же, тот самый эмоциональный контрапункт к его мысли. Здесь он вырастает перед нами словно романтический герой из рыцарских новелл. В детстве, по его признанию, он был увлечён приключенческой литературой и в подробностях пересказывал перипетии романа Вальтера Скотта «Айвенго». Он и сам аристократ духа, рыцарь вечного Средневековья, где честь и благородство правят век.

Джемаль воспринимал этот мир как временное явление. Будучи преданным Богу, он ясно осознавал, что подлинность находится «там», но это вовсе не значит, что он, как любят это делать всевозможные мистики, пытался укрыться в эскапизме, бежать от суровых ударов судьбы. Мир он воспринимал как поле битвы и поэтому идеальным считал того, кто выступает против него мечом рыцаря и разоблачительной поэзией неисправимого романтика.

Кто такой поэт и что его роднит с воином? Если вам покажется, что это два взаимоисключающих типа человеческой личности, то вынуждены будем вас огорчить — часто, за редчайшим исключением, воин и поэт стоят на одной платформе. Они смысловым образом закручены в одну и ту же спираль миссии: разоблачать этот ложный мир словом и мечом. Их связывает одно и то же горение сердца. Эта энергетическая волна, как новое оружие массового поражения — против него нет контрсилы, это симбиоз идеального носителя духа.

Но довольно прозы. Поэзия Гейдара Джемаля скажет всё сама, ответит на то, что вибрирующим вопросом нависает над каждым человеком, который чувствует неистовое жжение праведного гнева в груди…

Руслан АЙСИН

14.09.2017

Понравился материал - поддержите нас