"Конформист", Муссолини и тот же еврейский вопрос

Категория: 
Бенито Муссолини на митинге

Хотелось бы ещё раз высказаться по вопросу об антисемитском высказывании Петра Толстого, которого принялись клеймить как фашиста. Что этимологически не совсем правильно. И тут есть важная историческая аналогия. Диктатор Италии Муссолини, к примеру, был фашистом, а евреев любил. И стал их гнать с работы (но не прессовать) только в 41-м, под нажимом Гитлера. «Мы не антисемиты, мы своих евреев любим», повторял дуче. «Его Превосходительство Бенито Муссолини, глава правительства, Дуче фашизма и основатель империи» — так звучал его официальный титул. В его правительстве были евреи. Тот же министр финансов Гвидо Юнге.

В ноябре 1923 года Муссолини встретился с главным раввином Италии, Аджело Сакердоти и официально осудил антисемитизм. С октября 1922 года по октябрь 1928 года почти две тысячи евреев стали новыми членами фашистской партии. В 1938 году в Фашистской национальной партии состояло 10125 членов еврейского происхождения.

В 2013 году, выступая на мероприятии память о евреях, погибших в годы фашизма, Берлускони заявил, что Италия не несет такой исторической ответственности за Холокост, как Германия. Он также сказал, что самой большой виной Муссолини были расовые законы фашисткой Италии. Но в других областях, по словам Берлускони, диктатор сделал немало полезного. «Ясно, что тогдашнее правительство, опасаясь полной победы немецкой державы, предпочло стать союзником Германии, нежели противостоять ей. В рамках этого альянса нам было навязано уничтожение евреев. Факт расовых законов является самой большой виной Муссолини, который, однако, во многих других направлениях делал хорошее».

Фигура Муссолини интересна. Почитайте его единственный роман «Клавдия Партичелла любовница кардинала». Роман принёс ему невиданную популярность, столь открыто на церковь тогда публично не наезжали. Роман стал сенсацией, откровением для слишком патриархальной Италии.

Отчасти в романе отражены его личные терзания и внутренние импульсы. Тут психоанализ активно поработал над итальянским фашизмом через экранизацию одноимённого произведения Альберто Моравия «Конформист». Кстати, Моравия был наполовину евреем.

Конечно, нельзя утверждать, что 33-летний главный герой Марчело Клеричи, офицер итальянских спецслужб — это прообраз Муссолини, но как указание, рецензия на гламурный итальянский фашизм того времени: слишком сентиментальный, с обязательным присутствием итальянской мамы (левантийский мужской тип обязательно подвержен влиянию матери/жены/любовницы, которая выполняет функцию няни), терзаниями и неуверенностью, излишней театральностью и буффонадой. В жизни Муссолини было много женщин. Внимания. Помпезности. Псевдоимперской показушности. В конечном итоге, он был расстрелян партизанами вместе со своей любовницей Кларой Петаччи. Свидетели утверждали, что, представ перед своими палачами, и, понимая, что смерть пулей настигнет их через несколько мгновений, у Муссолини началась истерика. Молодая Петаччи якобы грозно посмотрела на своего возлюбленного и сталью в голосе сказала: «Будь мужчиной, Бенито».

И тут, как и в романе Моравиа, мать-Кибела сопровождает неотступно своего подопечного, она культивирует в нём активный женский полюс, и без того сильно проявленный в итальянском мужчине, который уже давно потерял всякую генетическую связь с бесстрашным легионером славного Рима две тысячи лет назад. Нынешний итальянец (мы берём в расчёт широкую современность, начиная с Нового времени) это уже не воинский тип мужчины — а его антипод, избалованный, неповзрослевший маменькин-сынок, который пытается преодолеть свою эту несостоятельность через симуляцию мужского начала — мачизм. 

Именно Римская империя была единственной державой, которая владела всем Средиземноморским побережьем. Этот торгашеский, карфагенский, средиземноморско-левантийский тип, выраженный в принципе: «золото против булата» и растлил сурового италийца с гладиусом в руке, став определяющим в его поведенческой матрице. Блеск и обжигающая желтизна золота важнее суровой славы воинской аскезы.

Экс-премьер Италии Сильвио Берлускони типичный представитель итальянского мачизма: бабник, зацикленный на пиаре и эпатаже, роскоши, озабоченный своим внешним видом не меньше любой дамы из высшего света. Берлускони не скрывает, что рассматривает Муссолини как своего политического отца. Первый называл себя лучшим итальянским премьером за 120 лет, последний же считал себя величайшим правителем государства после легендарных римских императоров эпохи расцвета Imperium Romanum. Если Бенито и не пострадал в политическом смысле от женщин, (хотя именно с романа про любовницу кардинала и началась его карьера), то Сильвио из-за сексуальных связей с малолетними проститутками оказался под судебным преследованием, и, как следствие, уходом из большой политики.

Если опять провести аналогию с «Конформистом», то его главный герой, Марчело Клеричи, безболезненно для себя поменял убеждения в конце повествования и стал антифашистом. Муссолини прошёл, правда, обратный путь: от социалиста к фашисту. Даже поговаривают, что Бенито встречался с товарищем Ульяновым-Лениным в 1904 году на съезде Союза социалистов Швейцарии в Цюрихе. Но это, скорее, красивая легенда, не основанная на фактах; к тому же сам итальянский дуче факт личного знакомства с дуче (вождём) мирового пролетариата отрицал.

Диктатор Италии вплоть до нападения на СССР в 1941 году дружил с Москвой. Все восхищались им, говорили, что он эталон современного политического лидера.  А он умело позировал, гарцевал. Но в военном деле мачизм не помощник. Итальянская армия оказалась плохо подготовленной, у солдат отсутствовал надлежащий боевой дух. Как итог, 8-я итальянская армия была разгромлена под Сталинградом. Гитлер был в ярости. Ещё до начала войны он называл Муссолини дураком и клоуном, и подвергал критике гламурный итальянский фашизм. Кстати, сам гитлеровский режим неправильно считать фашистским, он был национал-социалистическим. Это все же разные вещи.

Перед смертью Муссолини, склонный к театральности и риторической пышности фраз написал: «Моя звезда упала. Я работаю, и я стараюсь, Но знаю, что всё это лишь фарс… Я жду конца трагедии, и я уже не один из актёров, а последний из зрителей». 

Руслан Айсин

29.01.2017